Эта малышка, думала Кэтрин, уж слишком серьезная, встревоженная, тихая и совершенно выбита из колеи тем фактом, что родной ее язык – французский, и поэтому большая часть веселого щебетанья остальных ей непонятна.

Хорошо еще, что девочка пришла в самом начале программного курса, лишь чуть-чуть отстав от остальных, которые в основной своей массе только недавно освоили азы чтения. Она улыбнулась, машинально поправила пучок на затылке и начала урок.

– Что тебе о ней известно? – спустя неделю спросила Кэтрин в учительской у заведующей приготовительными классами Джейн Рей.

Джейн Рей была живой, небольшого роста женщиной с коротко подстриженными темными волосами и пронзительными черными глазками под стеклами очков. Кэтрин всегда было легко общаться с ней. И ей, и остальным учителям очень нравилось, что им давали полную свободу в работе, позволяя применять любые, даже самые невероятные методы обучения, которые они сами считали наилучшими.

– Не так уж и много, – призналась Джейн. – Она пришла к нам в день открытых дверей на Пасху и ужасно хотела попасть именно в эту школу, не знаю уж, по каким причинам. Я не смогла получить мало-мальски определенной информации о ее семье. Клэр привела молодая женщина – полагаю, ее няня из Франции, которая либо не говорит по-английски, либо – что более вероятно – тщательно скрывает, что все-таки говорит. Девочка до сих пор жила во Франции, где-то недалеко от Парижа, как я поняла. А что?

Кэтрин, нахмурившись, пожала плечами.

– У нее такой вид, как будто она на своих плечиках несет всю тяжесть мира.

– Тебе не стоит так уж беспокоиться по этому поводу, – рассмеялась Джейн, но вдумчивый взгляд ее темных глаз задержался на лице Кэтрин. – Дети привыкают к незнакомой обстановке куда легче, чем думают взрослые. Уже к концу следующей недели Клэр Лодетт начнет у нас осваиваться. Даже языковой барьер ей не помешает. Ты же видела, как общаются дети. В таком возрасте общение – это же сплошные жесты и гримасы! – Обе рассмеялись, а потом Джейн уже серьезно продолжала: – Гораздо хуже, что вечером, когда ты уйдешь из школы, ты унесешь свои тревоги о Клэр с собой, а этого ты делать не должна.