Вздох.

— Пожалуйста, принесите меню! — обратилась она к официантке — молодой, подтянутой и даже, можно сказать, красивой мулатке.

Скептический изгиб густой брови тут же остудил ее симпатию.

— Меню — вон там, — объявила мулатка. Она не сочла нужным уточнять, где находится это «там».

Иви смутилась и огляделась. Кафе постепенно заполнялось народом, как кроссворд — буквами… Иви никогда не нравился вид разгаданных кроссвордов. Пустые клеточки гораздо загадочнее и аккуратнее, да и вписанные слова не всегда бывают правильными.

Меню — заламинированный лист красной бумаги, испещренный мелким шрифтом — обнаружилось на специальной подставке футах в трех от Иви. Пришлось встать и подойти к нему — рассмотреть список блюд с такого расстояния мешала близорукость (если не сказать — упрямое нежелание носить очки), а проигнорировать его не позволял голод, все-таки Иви ничего не ела со вчерашнего вечера: не любила есть в дороге. Вернулась за столик, собралась заказать пиццу и мороженое…

— Мисс, уж будьте любезны, уберите вы свою газету! — раздраженно бросила ей официантка. — Или за столик пересядьте, есть же свободные места.

Иви испытала приступ возмущения: ну что эта женщина себе позволяет? С каких пор официантки взяли за правило такое обращение с посетителями? Или это ее избаловали родные бары и кафе, где все знают всех, причем не только в лицо, но и в деталях биографии, и если кто-то кому-то не нравится, то человек просто выбирает себе другое место для отдыха, а уж если приходит куда-то, то может рассчитывать не только на вкусную еду, но и на то, что с ним поговорят о жизни и поддержат в случае чего. Она опустила голову, уткнувшись носом в газету и решая, что лучше — съесть пиццу или лишить это заведение нескольких долларов.

— Добрый день, мисс, — прозвучал за ее спиной приятый, немного напряженный голос.