— Как? Мы же с ним вот, — и ректор сложил руки замком, изображая тесные отношения с Эдгаром.

— Громко. Чтобы опешил, сукин сын. С испугу он сразу язык прикусит. А не прикусит, пускай на себя пеняет. Обиженного на Эдгара и натравим. А насчет аптечных киосков — это неплохая мысль. Здоровье всем нужно. Пускай только этим другой человек займется.

— Ладно, ты все это дерьмо на себя возьми, а то у меня приемные на носу, то — се, пятое — десятое — в общем, сам знаешь… — Калерий Самсонович очертил рукой большой круг и замолчал, испытующе глядя на зама. Он слишком хорошо знал своего проректора — после столь щекотливого поручения последует какая-нибудь просьба.

— Кстати, насчет кадров. Вы позволите, я приглашу сюда одну очень приятную особу?

— Валяй, — кивнул ректор, улыбнувшись своей интуиции.

Александр Антонович поднялся, открыл дверь. Он оценивающе посмотрел на даму в приемной. Поманил ее рукой.

— Здравствуйте, — дама, войдя в ректорский кабинет, изобразила подобие улыбки.

— Позвольте представить молодую, симпатичную, — проректор ободряюще приобнял даму за плечи, подвел к столу Калерия Самсоновича, — Игонина Ольга Геннадьевна, новоиспеченный доктор филологических наук, но пока что, к сожалению, без кафедры.

— Оч-ч-чень приятно. — ректор первым протянул женщине руку, почувствовав металлический холод перстней на ее пальцах. — Такие молодые и симпатичные кадры нам всегда нужны. Садитесь, пожалуйста. Так в чем проблема?

— Зав. кафедрой русского как иностранного давным-давно пенсионерка, часто болеет, с работой, естественно, справиться не может. Реально кафедрой руководит Ольга Геннадьевна. У нее уже и авторитет, и опыт, и доверие коллектива. А тут как раз у… — проректор замялся припоминая фамилию заведующей.

— Киреева, — подсказала Ольга Геннадьевна.

— Ну да, у Киреевой переизбрание по должности. Вот я и подумал, что, может, пора уже юридически, так сказать, оформить сложившуюся ситуацию.