– Неужели вас так плохо кормят, что приходится собирать коренья и травы, чтобы дополнить рацион?

Мира обернулась; на ее лице появилась улыбка. Нежная щека была запачкана землей, в руках она держала корень странной формы. Она была похожа на непослушного ребенка, который играл в грязи. Но о том, что она не ребенок, говорили упругие формы груди, скрытой корсажем ее необычного платья, и стройные ноги, видные из-под укороченной юбки. Пышные темные локоны, мягко обрамлявшие лицо, выбились из-под широкой ленты; локоны, вызывавшие у мужчины желание погрузить в них пальцы и нежно привлечь к себе для поцелуя.

– Я начинаю подозревать, что вы преследуете меня.

– Лес слишком мал, – ответил Алек, легко спрыгивая с коня и еле удерживаясь от порыва подойти и вытереть землю с ее щеки. – Совершенно невозможно избежать встречи с вами.

Алек подошел ближе, но Мира поспешно отвернулась и стала внимательно рассматривать растения. Каждый раз, когда она его видела, он казался все более привлекательным. Несмотря на уверенность в том, что испытывает к нему антипатию, Мира не могла не замечать впечатления, которое он производил на нее. Ее необъяснимо влекло к этому мужчине. Может быть, потому, что он чем-то напоминал ей другого англичанина, с которым она была знакома пять лет назад, хотя Алек совсем не был мягким и доброжелательным, как Рэнд Беркли.

– Что это? – спросил он, остановившись в нескольких шагах.

– Это для лорда Саквиля, – ответила Мира и прикусила язык, поняв, что проболталась, стараясь спрятать в руках корень.

– Да? – заинтересовался Алек. – Что же это?

– Ничего.

– Мне кажется, что-то подобное я уже видел. Это корень мандрагоры, верно?

– Вы приехали только для того, чтобы мучить меня? – воскликнула Мира, пытаясь сбить его с толку. – Это.., это только для общего укрепления здоровья. Я единственная здесь, кто отваживается выкапывать их. Все остальные слишком суеверны.