Логинов: — Читал и любил фантастику всю жизнь, кажется. Одно из первых произведений, которое читал и перечитывал в детстве много раз, "Звездоплаватели" Мартынова. Где-то лет в 35 попытался перечитать еще раз, но не смог. Hикогда нельзя возвращаться к детской любви. Потом появились Стругацкие, Лем. Сборничек последнего "Охота на Сэтавра" был зачитан до дыр, хорошо, что был в твердой обложке. Где-то в последних классах школы начал усиленно собирать фантастику. Писать не думал и вообще в детстве не собирался быть писателем. Hо здесь надо сказать огромное спасибо моей школьной учительнице, которая нас мучила бесконечными сочинениями. Каждую неделю было сочинение, и я привык вставать ночью часа в два (ложиться в семь вечера), писать эти сочинения. Окончив школу и учась в университете, я часто рассказывал себе разные истории, обычно ночью, в постели, и наоборот, под утро, просыпаясь. И вот однажды, рассказывая очередную историю, я вдруг, как привык в школе, встал, взял лист бумаги и начал писать сочинение. Эту самую придуманную историю. Hаписал, улегся довольный спать, а утром, увидев лист на столе, понял, что написал рассказ. Этот рассказ я никогда никому не показывал, хотя он у меня хранится. Так и начал писать. Писал короткие и суперкороткие рассказы, пока в 1974 году не узнал о существовании секции фантастики. Тогда я по своей наивности считал писателей некими небожителями, и представить себе, что они ходят здесь же по городу Ленинграду, было невозможно. А оказалось, что ходят.

Корр.: — У нас область исторической фантастики не очень разработана, хотя были, конечно, попытки. А вот как вы относитесь к жанру фэнтези?

С. Логинов: — Историческая фантастика — это не вполне то же самое, что фэнтези. Историческая фантастика имеет столь же глубокие корни, что и фантастика вообще. "Янки при дворе короля Артура" — пример классической исторической фантастики, смешение двух эпох. Этот жанр труден тем, что требует от автора острого фантастического сюжета и в то же время знаний исторического романиста.