– Горе ты мое, – вздохнула Венди. Впрочем, уже ведь не ее…

– Я заварю тебе чай. Ты сегодня что-нибудь ел?

– Нет пока. Только боролся с температурой.

– Понятно. Аспирин я тебе, конечно, дам, но сначала придется сделать для тебя что-нибудь перекусить. Не стоит пить эту гадость на голодный желудок.

– Просто чай, хорошо? Кусок в горло не полезет.

– Хорошо. Я захватила малиновое варенье.

Уильям пил чай с вареньем, глотал аспирин, виноватыми глазами смотрел на Венди, а время уходило.

Мигель уже звонил ей два раза. В первый раз он сообщил, что допивает третью пинту пива. Потом он позвонил еще через сорок минут и сказал, что в пабе очень милые официантки, которые, принося ему очередной заказ, прижимаются к нему и ласково что-то шепчут на ухо.

– Замерзшие шотландские женщины приняли тебя за кусочек южного тепла, – сердито сказала Венди, которая вышла на кухню поговорить с Мигелем. Она не хотела, чтобы Уильям слушал ее беседу. Он и без того чувствовал себя виноватым.

А потом виноватой почувствовала себя Венди.

Когда поняла, что почувствовавший себя немного лучше Уильям уже крепко спит. И можно ловить такси и ехать в паб.

Вот только когда Венди доберется до паба, Мигель уже будет проходить регистрацию в аэропорту.

У них было всего две возможности для встречи, и обе эти возможности были упущены. Сначала встреча не состоялась по вине Мигеля, а вот теперь – по ее, Венди, вине.

Стоп. Нет.

Ну конечно, никто не виноват в случившемся. Разве мог Мигель отложить важные переговоры, касающиеся его бизнеса, ради ужина с малознакомой девушкой?

Но какие красивые цветы он прислал в знак извинения, пронеслось у Венди в голове.

И разве могла она бросить мужа, пусть и бывшего, в ситуации, когда у него неприятности и никто, кроме нее, не смог прийти ему на помощь?

Тоже не могла.

А значит, не виноват никто. Просто так сложились обстоятельства.