— Некоторые девушки бегают к амбару, прячутся и подсматривают, как Хильда забавляется с любовником, — с тревогой сообщила Эльф и, понизив голос до шепота, неловко добавила:
— Даже те, которые должны принять постриг.
Сестра Катберт ответила почти слово в слово то же, что и Матти:
— Но они пока не монахини, малышка Эльф, и сгорают от любопытства увидеть, чего лишатся навсегда. Узрев плотскую любовь, они либо посчитают ее неприятной и будут рады избавиться от подобной мерзости, либо поймут, чего лишатся, если станут верно служить Господу. В этом нет вреда, доколе сами они остаются целомудренными. Почти все девушки бегали в сыроварню. Даже я, когда была очень молода, — призналась она потрясенной Эльф. — Не волнуйся, дитя мое. Из Матильды выйдет прекрасная монахиня.
— Но я не сказала… — начала было Эльф.
— Не сказала, — с улыбкой согласилась сестра Катберт. — Может, тебе стоит тоже побывать у амбара, прежде чем принять постриг?
— Никогда! — яростно воспротивилась Эльф, ожесточенно тряся головой. — Я стараюсь сохранить свою чистоту в целости и неприкосновенности и прийти к Христу невинной невестой. Другого пути для меня нет.
— Каждый из нас выбирает свою дорогу, — утешила сестра Катберт и сменила тему:
— Сестра Уинифред твердит, что лучшей ученицы у нее еще не было. Даже попросила матушку сделать тебя ее помощницей в садике с лечебными травами. Она уже немолода, дитя мое, и в один прекрасный день ты можешь занять ее место. Только не говори, что я сказала тебе, пока сама настоятельница не объявит.
Несколько дней спустя Эльф услышала о своем предполагаемом назначении и очень обрадовалась. Она любила старую монахиню, которая научила ее лечить раны и болезни. А в садике так мирно и спокойно! Летом все цветет, и в воздухе разливается благоухание. Какое счастье — знать свое место в твердом распорядке монастыря!
— Смотрите! — воскликнула Иза, возвращая ее к действительности. — К монастырю приближается всадник! Интересно, что за новости он везет! Кровь Марии! Смотрите, как солнце блестит у него в волосах! Совсем как золото!