– Поставить еще раз? – зло спрашивает муж. Мое спокойствие явно выводит его из себя.

– Я не понимаю… – говорю я. (А что еще, интересно, я могу сказать?)

Лицо Славы становится жестким.

– Полно, Оленька. Все ты понимаешь. Ты думала, что он тебя любит, а он согласился убить тебя, не моргнув глазом. Правда, для начала поторговался, но все равно…

Я произношу одно-единственное слово:

– Зачем?

Слава краснеет.

– Ты не понимаешь… Я мог его убить, мне это не составило бы труда. Но я… Я хотел, чтобы ты сама убедилась в том, какое он ничтожество. – И заканчивает умоляющим тоном: – Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне. Чтобы никто больше не стоял между нами.

Я молчу. Мне отчего-то становится жарко, хотя платье довольно открытое.

– Какое тебе дело… – говорю я наконец. – Нет, с какой стати ты решил, что можешь… позволить себе… По-моему, ты просто насмотрелся дурацких фильмов.

– Ты что, так ничего и не поняла? – почти кричит Слава. – Он ведь подрядился убить тебя! Тебя! За какие-то сорок тысяч баксов!

Я повожу плечами.

– Вот эти сорок тысяч? – спрашиваю я спокойно. Достаю их из сумочки и швыряю Славе на тарелку.

Он сражен. И это еще мягко сказано.

– Что за… Как… – бормочет он.

– Паша меня любит, – произношу я тихо. – Сразу же после беседы с тобой он мне все рассказал. Все. Прощай, Слава.

И вслед за этим я вынимаю из сумочки спрятанный на дне пистолет и стреляю.

Оказывается, даже в упор не так-то просто убить человека. Слава падает на пол вместе со стулом. Мой муж хрипит и пытается отползти от меня, цепляясь за ковер. Я встаю и медленно обхожу стол.

– Оля… Оленька… Не… надо…