Ди, несомненно, была благодарна за это, но сейчас все еще не может думать ни о чем… не сегодня, нет, как-нибудь в другой раз.

Беременность Анны и счастливые лица Бесс и Келли заставили Ди остро почувствовать пустоту собственного существования, осознать, что ее жизнь лишена главного…

Над головой Ди было ясное голубое весеннее небо, по которому проплывали гонимые ветром белые облака, похожие на взбитые сливки. Пасхальные яйца, заполнявшие витрины магазинов последнюю неделю, сменились цветами и постерами, где красовались объявления о надвигающихся майских праздниках, зародившихся после войны. Все эти приготовления погружали город в атмосферу тех времен – надежды и победы.

В самый день праздника состоится марш, спонсируемый многими компаниями, пройдет ярмарка в городском сквере, а вечером фейерверк. Когда Ди стала членом комиссии по планированию и координированию этих праздников, она поняла, что будет очень занята.

Забавно, недавно она увидела старый документ с перечнем строгих требований, которые прилагались к нему, для тех, кто приводил овцу, крупный рогатый скот или другую домашнюю живность в город на майские праздники. В настоящее время равными этим требованиям были правила по дополнительному вниманию на дорогах.

Мысль о ребенке все не шла из головы, даже когда Ди в конце концов дошла до дома. У двоюродной сестры со стороны матери на днях появилась двойня. И Ди подумала, что необходимо купить что-то особенное, так как прослышала по семейным каналам, что ее хотят сделать крестной матерью. Ди было очень приятно, но, ох, как эта же весть тревожит ее сердце. Простой акт – держать драгоценный сверточек – причинит ее душе несказанную боль!

С усилием она взяла себя в руки, решив, что просто необходимо заняться чем-нибудь.