О Господи! Кэти быстро отвернулась, делая вид, что хочет прикрыть деревянные ставни на окнах, а на самом деле — чтобы скрыть прилившую к лицу краску. Хавьер был в отъезде целых три дня. Она не видела его с тех пор, как они расстались у ограды, и с удовольствием не видела бы всю оставшуюся жизнь. Она просто не представляла, как ей удастся вынести новую встречу. Три прошедших дня не смягчили ее стыда. Что он думает обо мне? Нет, гораздо важнее, что я сама думаю о своем поведении!

— Esta bien? — тревожно спросила Роза, и Кэти обернулась к ней, заставив себя улыбнуться.

— Да, все в порядке. А вы приглядите за Джонни?

Этого можно было и не спрашивать. Роза обожала малыша. Она улыбнулась и шепотом подтвердила:

— Конечно. В любое время, вы же знаете. — Ее глаза засияли, когда она заглянула в кроватку. — Я не такая современная, как мои сестры. Одна изучает право, другая работает переводчицей в Брюсселе. А я мечтаю только об одном: выйти замуж и завести дюжину детей! А вы? — Не дождавшись ответа, Роза продолжила, и ее большие карие глаза стали печальными: — В один прекрасный день вы тоже выйдете замуж. И у вас будут еще дети. — Пальцы Розы осторожно пробежали по мягкому одеяльцу, которым она укрыла Джонни. — Наверное, вам было очень грустно, когда умер дон Франсиско. Но когда-нибудь другой человек займет его место в вашем сердце.

Для Кэти было невыносимо лгать и притворяться, особенно стыдно было обманывать Розу и принимать это незаслуженное сочувствие. Она едва не поддалась порыву рассказать всю правду. Если бы дело не касалось Джонни, она так бы и поступила. Но она не имела права рисковать и потому ответила внезапно охрипшим голосом:

— Может быть. А теперь, пожалуй, мне пора одеваться.

Дело не в том, что мне нужен целый час, чтобы приготовиться к ужину с Хавьером, подумала она раздраженно, когда Роза тихонечко вышла из комнаты, просто мне вообще не хочется с ним общаться.

Она не знала, как вынесет весь этот ужин, который, если судить по первому разу, растянется как минимум на пару часов. Но у нее не оставалось иного выбора, как подчиниться королевскому приказу. Если отказаться, он наверняка заподозрит, что память обо всем, что произошло в сосновой роще, преследовала ее все эти дни, лишила покоя и сна.