Сэр Томас сделал шаг вперед, и джентльмены пожали друг другу руки.

Виолетта облизала губы, шагнула назад и, подобрав подол платья, остановилась, чтобы посмотреть, как ее супруг по очереди приветствует графиню, графа и их старшего сына, о котором она сделала вывод, что он и есть лорд Фарлей. Сердце ее отчаянно билось, но молодая женщина решила, что она волнуется только из-за того, что едва не разбила бесценную восточную лампу. Она даже не отдавала себе отчета в том, что все время держит в поле зрения лорда Теодора Блэйка, который, устав от постоянного наблюдения за ним, взглянул наконец в ее сторону и улыбнулся.

Виолетта сделала реверанс и зарделась. Боже милостивый! Еще ни один привлекательный мужчина не смотрел на нее так, как только что взглянул лорд Блэйк. Кроме того… он ведь поцеловал ей руку.

Приветствия завершились, дамы сели. Графиня Опустилась на желтый диванчик и улыбнулась Виолетте.

— Леди Гудвин, сделайте одолжение, присядьте возле меня.

Виолетта исподлобья окинула взглядом гостиную. Леди Катарина устроилась в широком кресле, где вместе с нею могли уместиться ее кринолины; сэр Томас стоял возле стула, на котором расположился хозяин дома, и они с оживлением обсуждали последние дискуссии в палате общин; сыновья графа и графини приветливо смотрели на юную гостью. На щеках Виолетты распустились красные розы. Заставив себя улыбнуться, она осторожно миновала кресло, на котором восседала леди Катарина, маленький изящный столик, стараясь ничего больше не опрокинуть, и примостилась на диване рядом с графиней.

— Нравится ли вам наш вересковый ландшафт? — вежливо начала разговор леди Сюзанна.

— Да, мадам, то есть… графиня… мне здесь очень нравится.

И Виолетта украдкой бросила взгляд на Блэйка. Никаких сомнений быть не могло: он по-прежнему смотрел на нее, но вот что он при этом думал, она никак не могла понять. При мысли о том, что он мог про себя смеяться над ней, девушке стало не по себе. Поэтому она гордо задрала подбородок и произнесла, ранив слух присутствующих удручающим произношением: