— Какой вы, однако, чувствительный! — не удержалась от шпильки Фрэнсис. — Еще чуть-чуть — и я заплачу.

— Как говаривал великий Станиславский, не верю! — ухмыльнулся тот. — Однако не смею вас задерживать. Еще увидимся, мисс Фрэнсис Филлипс!

Ну теперь разве что на свадьбе! Вечером она пойдет на репетицию, завтра уговорит Тони уехать на весь день куда-нибудь на природу, ну а в воскресенье скажет, что у нее болит голова, и просидит у себя в комнате, пока они все не уедут в Глазго.

Буркнув что-то нечленораздельное, Фрэнсис прошмыгнула в дом и поднялась к себе. Закрыв за собой дверь, опустилась на кровать и перевела дух. Так вот он какой, Ричард Каслбери! Неудивительно, что Кэти пребывает в замешательстве. Да на таких особях мужского пола, как на пачках с сигаретами, надо писать: «Опасно для жизни».

Господи, да разве сестренке такой муж по зубам?! Конечно, сейчас Кэти очарована его красивым ухаживанием, внешним лоском и деньгами, а дальше что? Да и потом сам Ричард ничуть не похож на влюбленного жениха. Сразу видно, для него женщины не более чем товар. Или, если угодно, предмет роскоши, который можно купить для удовлетворения своих потребностей.

Зачем ему Кэти? Да он ее сломает! Фрэнсис положила платья на кровать и, взглянув в зеркало, увидела на щеке пятно. Извозилась в пыли на чердаке! Наверняка Ричард Каслбери заметил, но, на ее удачу, не счел нужным комментировать. Ну а если бы он вздумал его стереть, она наверняка хлопнулась бы в обморок!

Что это она расселась! Давно пора выключить духовку, а то цыплята пережарятся. Фрэнсис наскоро умылась и помчалась на кухню. Выключила духовку, поставила на плиту картофель, полила грудки соусом, заправила салат маслом и разложила десерт в креманки. Подогрела суп. Осталось перелить в супницу, выложить картофель на блюдо, посыпать зеленью и можно со спокойной душой уходить. Она взглянула на часы: половина седьмого. Скоро она увидит Тони.