— Я понимаю, что для того чтобы реализовать мои планы, мне сначала нужно прожить здесь с год или около того. — Терон поднял кувшин чаю со льдом и снова наполнил свой пустой стакан. — Но у меня есть финансирование, я могу баллотироваться в любой момент, достаточно только высказать желание. Как только у меня будет собственная практика в Саммервиле и местные жители заново меня узнают, для того чтобы победить на выборах, мне хватит поддержки одного лишь афроамериканского населения.
— Сынок, у тебя прекрасные цели. — Ивонн положила Терону руку на плечо. — Но если ты откроешь эту старую банку с червями, начнешь ворошить историю с убийством Десмондов, ты ничего не добьешься, только вызовешь раздражение многих белых.
Мышцы Терона под рукой матери напряглись, он увернулся от ее прикосновения.
— Черт возьми, мама, когда ты наконец усвоишь, что мне плевать, оскорблю ли я кого-то из этих чванливых белых?! Если я смогу совершенно твердо доказать, что дядя Лемар не убивал Одри Ройял и Лизетт Десмонди не покончил после этого самоубийством, весь наш народ, — Терон ударил себя кулаком в грудь, — и порядочные, справедливые люди из белых будут меня уважать за то, что я раскрыл дело об убийстве двадцатилетней давности.
Все, кто знал Лемара, считали, что он не способен на убийство, и Ивонн была с ними полностью согласна. Ее брат был добрым, мягким человеком. И всех трех сестер Десмонд всю жизнь любил. Они вместе росли в Белль-Роуз и в детстве вместе играли.