– Рада, что и ты так думаешь. Но как быть с домом?

– С этим склепом?

Каждый раз, бывая в фешенебельном особняке сестры, Мартин чувствовал себя не в своей тарелке и боялся сделать лишний шаг, чтобы не дай бог не разбить какую-нибудь вазочку, стоимость которой превышала размер его месячной зарплаты.

– Ты просто не привык к комфорту, – ничуть не обидевшись, попеняла брату Фелисити. – Так вот, мне нужно, чтобы ты пожил там, пока меня не будет. Подожди… – Она вскинула руку, заметив его нетерпеливое движение. – Подумай о бассейне, о сауне, о до отказа набитом холодильнике. Тебе даже в магазин не придется ходить. Отдохнешь, подлечишь плечо…

Что-то тут не так, насторожился Мартин. Где-то меня ожидает ловушка. Подвох. Не зря Фелисити усиленно старается изобразить саму невинность и даже хлопает ресницами.

– С плечом у меня все в порядке. Делаю упражнения… – Он поймал взгляд сестры и только тут заметил, что, сам того не осознавая, поглаживает пострадавшее плечо.

– Вот видишь. – Фелисити выразительно подняла брови. – У тебя на работе считают иначе.

Мартин любил сестру, но некоторые факты все же утаивал. В данном случае он не был заинтересован в том, чтобы войти в строй как можно быстрее. А потому всячески затягивал процесс реабилитации. Если же Фелисити, полагающая, что он тоскует от безделья, узнает, каково его состояние на самом деле, то вполне может сообщить об этом начальству.

– Я сам знаю, когда мне возвращаться в отдел, – сердито сказал Мартин.

За время вынужденного отдыха его не раз посещали мысли о том, не стоит ли изменить жизнь и заняться чем-то более спокойным и прибыльным. Впрочем, окончательное решение в любом случае откладывалось до завершения дела Сантьяго.

Эстебан Сантьяго был хорошо известен полиции. Уже несколько лет он успешно занимался сбытом наркотиков, получая их из Южной Америки и распространяя в студенческих кампусах и даже среди школьников. На него работали несколько десятков «толкачей». До сих пор деньги и связи позволяли ему выходить сухим из воды и открыто смеяться над законом.