Из радио тут же с ревом понесся какой-то хит, и Дэб, подумав получше, тут же радио вырубила. Ебаный в рот, ей было хуево. Она проспала отходняк со скорости, и теперь отходняк от всего остального начал ее потихоньку колбасить. Ноги тянуло, и почему-то болели колени. Лишь осмотрев их и обнаружив на каждом по здоровенной ссадине, Дэб припомнила, что всю ночь ебла Пита. На ебаной, хули, надгробной плите! Мимо промчалась полицейская тачка с ревущей ослицей, но Дэб едва обратила на это внимание, так засосали ее воспоминанья прошедшей ночи. Она улыбнулась в собственный адрес, плеснув кипятка себе в кружку, и громко расхохоталась, выбросив чайный пакетик в переполненный черный мешок для мусора, что торчал в углу кухни, тщательно не обращая внимание на кубышки скисшего молока и прочую гнойную муть, скопившуюся внутри. Тиш в смежной комнате издала тяжкий стон, означавший, что щас она пробудится или типа того. Дэб потянулась и сволокла с полки еще одну чашку.

***

Резко дернувшись, Билко проснулся в подвальном флэту еще ниже по склону холма. Полицейская тачка промчалась мимо с ревущей ослицей, и этот внезапный нойз прервал дикий сон, в котором Билко в натуре был превращен в отстойную жабу и горько и одиноко скакал по мощеным линолеумом коридорам Департамента Социального Удовольствия, пытаясь хоть как-то сформулировать суть своего иска. Он испытал известное облегчение, вновь вернувшись на землю живых. Он лежал ничком на постели, в полном прикиде, не сняв даже свой пресловутый «ослиный чехол». Сбросив ноги с кровати и попытавшись сесть прямо, он ощутил приливную волну сногсшибательной тошноты, рот наполнился горькой начинкой желудка, лицо покрыл жирный холодный пот. Он умудрился доскакать до толчка до того, как тело его с негодованьем извергло, при этом довольно жестоко, непереваренный шашлык из свинины, чипсы неясного происхождения и СУПЕРКРЕПКИЙ ЛАГЕР(tm), очевидно, показавшийся телу особенно оскорбительным.

Когда тело пришло в состоянье весьма деликатного равновесия, он слабо наощупь дополз до кровати и был весьма удивлен видом грязной лопаты, лежащей на подлокотниках кресла.