Я перевесилась с дивана и тогда стало кое-что видно. В просвете между ними я увидела, как член входит и выходит из Наташи. Но головка его не показывалась. Половые губы при каждом выходе как бы не хотели выпускать его и слегка тянулись за ним. Член был весь мокрый. Наташа опять приподняла ногу и наманикюренными пальчиками стала гладить и мять Алешины яички. Через 2–3 минуты я услышала, как Наташа стала не-то стонать, не-то всхлипывать. Тело ее стало с силой стремиться навстречу Алеше. Еще несколько мгновений и Наташа, сжав и выпрямив ноги, прекратила движение.

— Хватит, оставь Лие, — прошептала она.

Они лежали неподвижно, перевернувшись на спину, и отдыха ли. Грудь Наташи высоко и часто поднималась, ноги были раздвинуты, и я увидела, как из нее на шкуру скатилась маленькая капелька. Волосики были покрыты вязкой белой жидкостью, под большими слегка припухшими губками, виднелись маленькие розовые лепестки. Алеша лежал неподвижно. Член его был направлен и почти прижат к животу. После такого зрелища у меня самой все было мокро, во рту пересохло. Алеша встал и лег на спину рядом со мной. Наташа открыла глаза и смотрела на нас. Я привстала и осторожно, двумя пальцами, потрогала член Алеши. Он был твердый, горячий и слегка влажный. Алеша не препятствовал мне рассматривать его, даже, чтобы мне было удобнее, придвинулся ближе. Я схватила член рукой и потянула вниз. Кожа начала сползать и головка немного обнажилась. Я отпустила руку, и все стало на свое место. Я снова, на этот раз сильнее, потянула, обнажая головку все больше. Вдруг кожа сама дальше скользнула, и головка осталась совсем голой. Я напугалась и попробовала закрыть ее, но это мне не удалось. Кожа почему-то все шла назад. Алеша улыбнулся и своей рукой, двинув посильнее, закрыл головку. Тогда уже сознательно я снова открыла ее. Наклонившись, чтобы только все рассмотреть, я ощутила исходящий от члена знакомый мне Наташин запах. Запах этот почему-то всегда притягивал и волновал меня.