— Поглубже, Алеша.

— Наташа, остальные пальцы не пускают.

— А ты и остальные.

Я неуверенно ввел Наташе ладонь. Она с трудом продвигалась внутрь, раздвигая упругие стенки. Внутри оказалось не очень гладко. Стенки были как-бы гофрированные. Я боялся, что сделаю Наташе больно, но она молчала. Продвинувшаяся вперед ладонь встретила препятствие. Я осторожно ощупал его кончиками пальцев. Препятствие было выпуклым, а посередине его была маленькая впадина. Я пробовал ввести туда кончик пальца, но Наташа остановила мою руку:

— Алеша, не надо, ведь это же матка.

Я немного отодвинул ладонь назад и пальцами стал гладить стенки влагалища.

— Наташа, тебе же больно!

— Нет.

— А приятно?

— Сама не пойму, как — то странно, непривычно. Ты иногда что— то трогаешь пальцем, так у меня истома поднимается до самого горла. Хватит Алеша.

— Зачем тебе это было нужно, Наташа?

— Хотелось проверить, что чувствовала Лия.

— Ну и что?

— Наверное, у нее это было как-то по другому.

Я снова начал…Наташу, но чувствовал, что не удовлетворяю ее. Мужчина это хорошо чувствует. Слишком много было всего за сегодняшний вечер. Для удовлетворения Наташи нужно было что-то другое. И тут она мне помогла. «Подожди, Алеша», Я прекратил.

— Алешенька, можно я сделаю одну вещь? Ты не будешь потом надо мной издеваться?

— Что ты, Наташенька, Вам с Лией все можно, разве ты не знаешь?

Наташа поцеловала меня, проворно вскочила с кровати, минуту покопалась в ящике туалетного столика и подошла ко мне, пряча что-то за спиной.

— Алеша, закрой глаза и не открывай, пока я не скажу.

Я закрыл глаза и почувствовал, что Наташины руки трогают мой член и оборачивают его чем-то мягким. Потом я почувствовал что на все это она одевает резинку презерватива.