Этого она уже никогда не узнает, так как следующим движением Армстронг мягко закрыл за собой дверь. Щелкнул замок.

Прошло несколько долгих минут. Совсем рядом взревел мотор, и лишь тогда Стейси решилась посмотреть на оставшихся в холле.

– Стейси, пойдем со мной наверх, – проговорил Кевин сквозь зубы. Его мать исчезла в одной из боковых комнат.

– Что случилось? – спросила Стейси уже наверху.

– Что случилось?! А ты не поняла? Отец ушел! Ушел насовсем!

– Но… из-за чего? У вас же была хорошая семья.

– Семья… Видимость. Одна видимость, а не семья. Когда-то, может, и была…

– Так что же случилось?

– Просто сказал, что уходит. Сказал – больше не может. Рутина, однообразие, серость… впустую уходящая жизнь. Можно подумать, у него одного она проходит здесь впустую!

– Может, он ушел к кому-то? Ты не знаешь?

– Понятия не имею, – угрюмо сказал Кевин. – По-моему, он просто возвращается в Филадельфию.

– Но он мог бы вернуться туда с вами!

– Он, похоже, уже сделал выбор. Дом оставил нам с матерью. Сказал – часть сможете сдавать, если будет не хватать денег или если мама не захочет пойти работать. – Кевин вдруг ударил кулаком по столу. – В день рождения! В мой день рождения! Он что, не мог сделать это месяц назад? Год назад?! Завтра, послезавтра? Почему он выбрал для этого именно сегодняшний день?

– Может потому, что это день твоего совершеннолетия? – предположила Стейси. – Символично…

– Меня больше не волнует, что делалось в его голове при принятии решения.

Повисло тяжелое молчание.

Первым вновь заговорил Кевин.

– Послушай, ты не могла бы позвонить всем нашим и сказать, что вечеринка отменяется? Не хочу… не уверен, что смогу праздновать. С веселым лицом, как ни в чем не бывало. А рассказывать всем тоже пока особого желания нет. Позвони, пожалуйста.

Как нарочно, в эту самую минуту зазвонил телефон. Стейси вздрогнула.