Вольф вспомнил, как Сарита сидела на камне в разорванной блузке, с израненной ногой. Эта картина до сих пор волновала его.
Он легко оттолкнулся от буфета.
— Похоже, мы просто обречены на совместное существование. — Шагнув к двери, он остановился и обернулся. — Я так понимаю, к моей могиле тебя привело чувство глубокого раскаяния.
Его шаги еще слышались в коридоре, а Сарита все боролась с нестерпимым желанием закричать. Только Вольф О'Малли мог заставить ее выйти из себя.
Глава третья
Сарита едва успела сунуть в духовку кукурузный хлеб, как за окном раздался шум приближающейся машины. Она засекла время и пошла к главной двери. Через окно гостиной был виден красный спортивный автомобиль с откидным верхом. Сарита почувствовала глухое раздражение, когда мимо нее продефилировала стройная блондинка. Дженис Дюпре Корбет была на пару лет моложе Сариты. Она входила в круг друзей Кэтрин, а всех, кто в этот круг не входил, считала не более чем грязью под ногами.
— Вольф! Я должна была увидеть тебя. Ты действительно жив. — Дженис вытянула в улыбке свои соблазнительные губки и поднялась на веранду. — Никогда бы не подумала, что когда-нибудь встречу тебя снова.
Решив не подходить к главной двери, Сарита остановилась у окна. Она увидела, как Вольф стремительно спрыгнул с перил и встал навстречу гостье. Луис тоже поднялся.
Дженис обняла Вольфа.
— Я весь день была в Хьюстоне. Когда вернулась домой, то обнаружила на автоответчике сообщение от матери о твоем возвращении в город. До сих пор не могу поверить в это.
Сарита заметила, что Дженис даже не взглянула на Луиса.
Осознав, что его присутствие гостью не интересует, Луис снова уселся в кресло-качалку и принялся что-то строгать.
Дженис несколько отстранилась от Вольфа и взглянула на дом.
— Почему ты остановился здесь? — В ее голосе был явный намек на то, что это ранчо не для приличных людей. На лице Дженис заиграла чувственная улыбка. — Ты можешь остановиться у меня.