Вольф кивнул.

— Дженис не любит, когда ей отказывают.

Луис посмотрел вверх и улыбнулся.

— Как всякая женщина.

Сарита появилась в дверях и объявила, что ужин будет скоро готов.

— Большинство женщин смиряется с тем, что вы, мужчины, все равно делаете все по-своему, — возразила она деду.

Вольф скептически взглянул на нее.

— Это ты смиряешься?

Она рассердилась больше на себя, чем на него.

— Как правило. — Сарита чуть не добавила: «Кроме тех моментов, когда рядом ты».

— Она говорит правду, — сказал Луис, — для женщины у нее хороший характер. Не понимаю, почему вы с ней никогда не можете договориться, как будто с самого начала объявили войну друг другу. Два вечных антагониста.

— До сих пор не могу понять, почему она стояла у моей могилы, — выпалил вдруг Вольф.

Луис удивленно взглянул на Сариту.

— Ты стояла у его могилы?

Вольф рассказал об утренней встрече, однако девушка только равнодушно пожала плечами.

— По пути на работу я всегда захожу к маме, папе и бабушке, чтобы пожелать им доброго утра. Заодно подошла и к его могиле. — И быстро, не давая мужчинам развить тему, Сарита добавила: — Мне пора на кухню, хлеб может подгореть.

Дверь за ее спиной захлопнулась.

— Моя внучка не перестает меня удивлять, — пробормотал Луис.

— Мне она всегда казалась практичной девочкой. Однако с возрастом она превратилась в женщину со сложным характером. — Вольф ухмыльнулся. — Я не собираюсь ее обижать, но, похоже, мы не можем находиться вместе более пяти минут, чтобы не поссориться. — Вольф тряхнул головой. — В принципе мне плевать, что она приходила и стояла у моей могилы.

— Если ты просишь меня объяснить действия моей внучки, ты обратился не по адресу. Много лет назад я решил, что мужчина может сойти с ума, пытаясь понять женщину. Так что я наслаждаюсь, когда они счастливы, и ухожу с их дороги, если они злятся.