В этой истории всё было непонятно, но захватывающе интересно.

Судя по слою пыли, скопившемуся в тайниках, оба они были устроены давно. Слово «ядъ» на бумажках написано с твердым знаком на конце. Так писали до орфографической реформы 1918 года. Однако до революции Сталин не был «великим человеком», а Громов не был его фармацевтом! Что ж это получается? Отправитель посланий умел проникать взором в будущее?

Возможное решение загадки нашла Зоя. Она сказала, что многие люди старой закваски не приняли орфографическую реформу и продолжают писать по-старому: с ятями, ижицами и твердыми знаками. Наверняка таков и «Оракул». И пока это единственное, что о нем можно предположить с определенной степенью вероятности.

Возможно, это какой-то старорежимный ученый, обладающий уникальным запасом знаний, но не желающий ими делиться с Громовым и его покровителями. Однако у этого человека есть (или была) возможность оставлять в самых неожиданных местах подсказки для тех, кто захочет его найти…

Тут возникает масса вопросов, и ни на один пока нет ответа. Что может быть соблазнительней для исследователя?

Ах, как будет обидно сейчас умереть, не разгадав тайны! Это было бы чудовищной несправедливостью, возмутительной нелепостью!

Доктор Норд вытер губы, на которых остался легкий привкус аниса, и скрипнул зубами – не от страха, а от азарта и нетерпения.

Ну же, голос! Давай, звучи!

– Судороги не начинаются? Мышцы не деревенеют? – деловито спросил Айзенкопф.

Зоя всхлипнула и отвернулась. Ее рука делала быстрые, мелкие движения – кажется, княжна крестилась. Вот тебе и передовая женщина.

Биохимик взял Гальтона за кисть.

– Что у нас с пульсом? Частит, частит… При первых же симптомах отравления, скорей суйте пальцы в горло. Рвота может ослабить эффект. Я приготовил тазик…