— Даже не думай, ты останешься в коттедже! Природа, зелень, чистый воздух — красота. В городе шум, пыль, смог, жаждешь дышать выхлопными газами? Нет-нет, ни о каком переезде не может быть и речи!

— Я должна уехать.

— Алиса, ты остаешься! За время нашего знакомства я прикипела к тебе душой, мне трудно смириться с мыслью, что ты покинешь особняк.

— Предлагаете поселиться у вас навечно?

— Неплохая идея, дом большой, места всем хватает.

— Но я чужой человек для вашей семьи.

— Ошибаешься… сильно ошибаешься. — Радмила понизила голос до шепота. — Как ты думаешь, почему в тот июньский день я подсела к тебе за столик?

— Вас тронуло мое отчаяние.

— Я слукавила.

— Тогда почему?

— Видишь ли, — Райская заметалась по комнате в поисках пачки сигарет, — увидев тебя в кафе, потерянную, жалкую, с глазами, полными слез, я вспомнила свою дочь.

— У вас есть дочь?

— О второй беременности я узнала, разменяв пятый десяток. Врачи настаивали на прерывании беременности, ссылаясь на возраст и некоторые проблемы с сердцем. Но я твердо решила — ребенок родится! Спустя пять месяцев на свет появилась прелестная девочка. Малышка родилась на месяц раньше срока, ее сразу поместили в специальный инкубатор — она весила чуть больше двух килограммов. Воистину говорят: материнство — самый дорогой подарок, посылаемый нам Господом. И муж, и Вадька с нетерпением ждали появления в квартире нового члена семьи Райских. Девочку назвали Алисой, в честь моей тетушки. А потом случилось непоправимое, врачи поставили диагноз — порок сердца. Миллионы людей живут с пороком сердца, но моей Алисе не суждено было назвать меня мамой. Она умерла через шесть месяцев после рождения. Стоит ли описывать мое отчаяние. — На мгновение Рада умолкла, на глаза ее навернулись слезы. — Когда ты представилась, меня словно током ударило. Ведь моя дочь была бы всего на несколько лет моложе тебя. Я подумала, что это знак судьбы. До боли в груди захотелось увидеть в тебе дочь, и я увидела, приняла и полюбила. Поэтому прошу тебя, не уходи.