Она повернулась, решив еще раз заглянуть в спальню к Кэсси. Дом становился теплее и уютнее, когда в нем был ребенок. Девочка спала на боку, подложив ладошку под щеку. Другой рукой она обнимала Бриттани, лежавшую тут же, рядом с ней, нос к носу.

Давным-давно, лет в четырнадцать, Шарон рисовала себе в будущем примерно такую же сцену: она склоняется над спящим ребенком — правда, своим собственным, — а Грант, отец ребенка, стоит рядом.

Но все это фантазии, грустно улыбнулась Шарон. Ничего общего с реальностью они не имеют. Ей следовало бы понять это еще тогда. Уже в школьные годы стало очевидно, что Грант, красивый юноша, не интересуется подругой детства. Нелегко было оставить надежду, но через несколько лет Шарон наконец примирилась с мыслью, что Грант Паркер никогда не будет принадлежать ей. Они остались друзьями.

Не стоит вспоминать прошлое. Шарон вернулась в гостиную и уютно устроилась на диване. Набросив на себя плед, она взяла книгу. За окнами завывал ветер. Шарон ждала Гранта.

Густой снег вихрился в воздухе и падал на землю, укутывая ее толстым покрывалом. Щетки едва успевали очищать ветровое стекло. Сильный встречный ветер мешал движению, и Грант был вынужден снизить скорость. Январь, самый суровый месяц на Аляске, в очередной раз вступил в свои права.

Ничего не поделаешь! — подумал Грант. Погода не в его власти. Он вырос в этих краях и хорошо знал, что зима в Валдизе — это короткие дни, длинные вечера, задержавшиеся или отмененные авиарейсы. Вот почему он возвращался из Анкориджа на машине. К весне Валдиз будет завален снегом. Сколько ни жалуйся, ничто не изменится. Такова здесь жизнь.

Раньше Грант радовался зиме. Он ждал ее, ждал первого снега. Готовил лыжи и снегоходы. Теперь же лыжи пылились в гараже, к снегоходам он тоже не притрагивался. Похоже, так будет и впредь.