Лоренс поневоле одобрительно хмыкнул.

— Я всегда говорил, что ты — бессовестный интриган. Ты ведь знал заранее, что она упертая феминистка, «под завязку» напичканная новомодными идеями насчет искусственного оплодотворения и все такое...

В трубке послышался сдавленный смешок.

— А что, она и тебя прощупывала насчет того, не выступишь ли ты донором спермы в некоем обозримом будущем?

— Ага, — буркнул Лоренс, передернувшись от отвращения. — Хотя прелестная Пэм ясно дала понять, что рассмотрит этот вариант только при условии, что я пройду строжайший медосмотр.

— Увы мне! А я-то думал, что один такой особенный и неповторимый... — Бенджамин театрально вздохнул, — Насчет сегодняшнего вечера — нет проблем, мы с Розанной тоже опоздаем. Ну, до встречи... Кстати, учти: очень может быть, что Розанна верит в россказни желтой прессы насчет вас с Памелой...

Лоренс живо представил, как брат ухмыляется, до отвращения довольный собой.

— И ты конечно же не счел нужным ее разубедить?

— Как ни странно, мне это даже в голову не пришло, — кротко заверил Бенджамин. — Не в моих правилах спорить с женщинами...

— Подлый предатель, вот ты кто!

— Розанна считает тебя бессердечным ловеласом, — фыркнул в трубку Бенджамин, ничуть не смущенный упреком брата.

— Значит, Розанна сегодня непременно будет, — как можно равнодушнее произнес Лоренс.

— А как же. Она же почти член семьи.

Почти?.. Лоренс торопливо распрощался, повесил трубку и задумчиво взъерошил волосы. Впрочем, не стоит забывать о том, что, даже если Бенджамин предложит секретарше руку и сердце, та вполне может сказать «нет», напомнил себе Лоренс.