— Есть, конечно.

— Они просто плохо выполняют свои обязанности.

Мэгги пожала плечами.

— Не всегда.

— Почему ты позволила мне болтать без умолку?

— Потому, что тебе, похоже, нравится звук твоего голоса… — Грустно улыбнувшись, она умолкла и, сложив вместе ладони, прижалась губами к кончикам пальцев. — Вообще-то я была вне себя от злости, потому что ты подумал, будто я из тех женщин, что способны терпеть плохое обращение. Ты вел себя нестерпимо покровительственно, снисходительно и по-ханжески.

— Не перегибай палку, ладно? Скажи мне лучше, как ты чувствуешь себя сейчас.

Найджел, которому весьма часто случалось получать улыбки женщин, знающих толк в совращении, нашел, что слабая, слегка ироничная улыбка Мэгги отличается особым шармом.

— Понимаю, что ты испытываешь.

— Правда? — Встревожившись, она посмотрела на него, впервые с тех пор, как начался этот разговор.

— Похоже, вы с Лорой неплохо поладили.

— Она мне понравилась. — Мэгги вновь обуяла ревность, но она выдавила из себя улыбку. — Неприятно, что я обманывала ее.

— Не беспокойся, это для доброго дела. Лору, готовую на самопожертвование, трудно остановить.

— Как ты объяснишь ей это, когда не женишься на мне?

— Не волнуйся, мое воображение меня пока не подводило.

— Лора сказала то же самое, — хмыкнула Мэгги.

Темные брови Найджела поползли вверх, и Мэгги покраснела от мысли, что он догадался о ее эротических фантазиях.

— Я теперь понимаю, что твое сонное состояние не было результатом продолжительного кутежа, — покаялся Найджел.

— Да, я совершила ошибку, отправившись выпить на прощание по рюмочке после долгой и тяжелой недели работы, тем более что одной рюмкой дело не ограничилось, а переросло в вечеринку. О Боже! — воскликнула Мэгги, хлопнув себя по лбу.

— Что такое?

— Я не позвонила маме. — И тут же добавила на случай, если Найджел посчитал странным, что женщина ее возраста обязана регулярно звонить родителям: — Она подумает, что со мной приключилось что-то ужасное.