Когда дверь закрылась за Андре, она прошла в ванную комнату и выудила из бельевой корзины полотенце, которым он вытирал свои гениталии. Сидя на унитазе, она прижимала его к себе, искала белые пятна, вдыхала солоноватый запах их смешавшихся соков, который впитался в него. Прижимая его к лицу, она заплакала.

– Ну, Хизер?

– Ну, Андре?

Они улыбнулись друг другу через стол. Они приступили к кофе и ликеру и после обмена ничего не значащими фразами могли начать обсуждение более серьезных вопросов. Ресторан был самым современным. Он находился на нижнем этаже большого комплекса. Огромное стеклянное помещение с изысканными бутиками находилось в центре, а столики располагались вокруг. Все сияло. Все было чрезвычайно дорогим. Подлинная Мекка для того, кто был богат или надеялся таковым стать. Мрамор, цветное стекло, настоящие джунгли экзотических растений в кадках. Китайские, индийские, тайские, малазийские, японские блюда – все подавалось в этом изысканном ресторане, кроме, пожалуй, простой английской еды. Хизер была тут не впервые. В прошлом она и раньше несколько раз встречалась здесь с Андре. Ему было очень удобно просто спуститься на лифте вниз из своего офиса, расположенного наверху. Он даже мог немного выпить, хотя это случалось нечасто во время работы. Сейчас она смотрела на него сквозь ресницы, и вопросы были готовы сорваться с ее языка. Он почувствовал, что что-то необычное было в ней в этот день, но не мог понять, что это была за перемена.

– Ты получила этот заказ от леди Дженни? – спросил он, начиная разговор.

– Да. Ей очень понравились мои идеи относительно декорирования дворца Бат. Как ты знаешь, она американка и немного знает о декорировании и домах восемнадцатого века. Она предоставила мне полную свободу действий в покупке для него всего, что я пожелаю, – занавесей, обоев, предметов антиквариата.

– Поздравляю. Когда ты начнешь? – Ему хотелось сигарету, но он недавно бросил курить, примкнув к группе, которая боролась с пристрастием к никотину. Это действовало, но главное неудобство состояло в том, что он неловко ощущал себя без этой тоненькой трубочки между пальцами.