Джейсон, поддерживая свои джинсы, со все еще торчащим, как дротик, членом, почти испытал оргазм при виде ее обнаженного тела, удаляющегося от него и неудержимо манящего. Ему было необходимо испытать облегчение – ее округлые ягодицы, разрез между ними, тонкая талия и длинные бедра как магнит притягивали его, заставляя следовать за ней. Он мог думать только о том, чтобы ввести свой член до отказа в ее теплый, влажный канал. Эта мысль переполняла его, но, с трудом отвлекшись, он смог унять свою пульсирующую боль.

Ванная была богато украшена: бирюзовая исламская плитка, квадратная раковина с позолоченной каймой, золотые краны. Стеклянные полки вдоль одной стены были уставлены флаконами и флягами различных ароматических веществ и масел со всего мира, некоторые из которых стоили не одну сотню фунтов за унцию. Джейсон никогда не видел ничего более экстравагантного и роскошного и едва мог поверить в неправдоподобное счастье, выпавшее ему.

– Я занималась любовью со многими симпатичными парнями, – промурлыкала Ксантия, – но никто из них не был так прекрасен, как ты. Теперь ты должен научиться доставлять мне удовольствие. Урок первый.

Она не переносила мужчин, получавших свое и после этого оставлявших ее неудовлетворенной. Это случалось часто в ее юности, и теперь, когда она стала сильной и обладала властью, она поклялась себе, что это не повторится вновь. Она пересекла ванную комнату и легла лицом вниз на кушетку, расположенную в нише.

– Ты так прекрасна, – сказал Джейсон, стоя над ней. – Что я должен делать?

– Разденься, – приказала она, – затем выбери один из этих кремов на полке и разотри им меня от кончиков пальцев на ногах до затылка.

Он снял ботинки, освободился от джинсов и стянул через голову футболку. Ксантия, лежа на кушетке, осмотрела его глазами эксперта. Он был прекрасен. Его спина, руки, ноги и грудь были покрыты твердыми и гладкими, как камни, мускулами, а кожа безупречно обтекала все это.