– Говорю тебе, все англичане хотят воевать, – мрачно ответил Флинн. – Или ты не слушаешь?

– Ну... я надеялась, что мы, возможно, ошиблись.

– Ошиблись? – рявкнул Флинн.

– Он может быть добрым. – Голос у Фионы задрожал.

– А добрые люди целуются, – подтвердила Бригид. Кайрен лишь покачал головой. Их логика ставила его в тупик. Единственное, чего он хотел, это выбраться из воды, пока совсем не замерз, и передушить многих из них.

– Флинн, будет лучше, если ты опустишь свой лук, – спокойно произнесла Мэв. – Если бы Килдэр прибыл сюда, чтобы начать войну, думаю, он привел бы с собой армию. А раз он этого не сделал, то мы должны верить – он стремится к миру. Пока мы сохраняем крышу над головой, пока живы наши люди, пока наш урожай остается у нас, не имеет значения, добрый ли он и целует ли женщин. Может, нам совсем не по душе присутствие графа, но мы должны с этим смириться, иначе рискуем навлечь на себя гнев английского короля.

Логика Мэв восхитила Кайрена. Остальные казались ему пустоголовыми и безрассудными. Крестьянка явно обладала живым и острым умом.

– Тут она права, – с возмущением признала Джейн.

– Конечно, Мэв права! – заявила Бригид, отбрасывая за плечо светлые локоны. – Она всегда права.

– Да. Наверное, мы должны молиться о наступлении мира. Я больше не хочу войны, – тихо прошелестела Фиона.

– Мир? – рявкнул Флинн. – А я говорю, пусть ублюдок Тюдор воюет.

– Зачем? – насмешливо поинтересовалась Мэв. – Ты не можешь бороться с ним и победить. Мы не имеем для этого ни людей, ни оружия, ни...

– Говорю тебе, никакого мира! Да я скорее обнимусь со свиньей. И меня не заботит гнев английского короля.

Мэв вздохнула.

– Боюсь, тебя это сильно озаботит, когда он пришлет свою армию, чтобы разрушить Лэнгмор и убить всех нас.

– Он не посмеет! – яростно воскликнул ирландец.

– Не забывай, что он уже казнил Джеральта и хотел бы увидеть мертвым Квейда.