Через несколько дней он пересечет реку Паудер. Смит боялся переходить реку, любую реку, хотя и делал это дюжину раз. Проклятая река жестока. Если бы представился случай, она с жадностью поглотила бы его.

Каждый раз, подходя к воде (будь то ручей или река) Смит чувствовал себя маленьким мальчиком, который стоял на краю ледяной глыбы и видел, как их телега неслась к водовороту, а потом ударилась о скалы. Мальчишку выбросило, и он сумел ухватиться за валун, затем отец вытащил сына на берег и вновь бросился в безжалостную реку, пытаясь спасти жену и дочь, оставшихся в телеге.

Он никогда не забудет огромную волну, которая обрушилась на его родных как большая серая гора. Она катилась и гремела. Смит видел: отец мчался на гребне волны и кричал, а потом она с грохотом обрушилась, и он скрылся под водой. Мать и сестра мальчика тоже оказались под толщей мутной бурлящей воды.

В страшной панике, крича от боли и ужаса, Смит пробежал по берегу реки несколько милей, он надеялся, что родители и сестра все еще живы. Мальчик молился, но бог так и не услышал его молитвы. Спустя некоторое время, Смит Боуэн нашел тело своей младшей сестрички, опутанное ветками деревьев. Спотыкаясь и плача, он нес ее вдоль реки до тех пор, пока нашел тело матери и вытаoил его на берег. Стихия бушевала, но вдруг ослабела так же быстро и незаметно, как началась. Поток бурлящей воды уменьшился и снова превратился в реку.

– Па-па! Па-па! – надрывно звал мальчик, пока не потерял голос.

Он шел, шатаясь, как пьяный, по берегу, в надежде увидеть след отца. Наконец, сдался и возвратился к безжизненным телам самых близких на свете людей.

Смит не спал, дежурил около берега ночь, весь следующий день и еще одну ночь, надеясь, что отец спасся. И только утром третьего дня, ослабленный, не спавший несколько суток, вырыл куском березовой коры одну неглубокую могилу и похоронил вместе мать и сестру.