Вновь обратив внимание на дорогу, Руперт тронулся с места в общем потоке машин.

— Вам не стоит насиловать свою память. Когда настанет время, она сама к вам вернется.

Флоренс тяжело вздохнула.

— Знаю.

Однако то, что Руперт, казалось, прочитал ее сокровенные мысли, подействовало ей на нервы. Интересный поворот, подумала Флоренс, ведь мой мозг похож сейчас на чистую страницу.

Что ж, по крайней мере, она уже не в больнице и сумела избежать пребывания в стационаре. Какими бы дипломатичными ни были объяснения миссис Пибоди, описание этого места весьма походило на сумасшедший дом. Однако с головой у нее все было в порядке, пострадала только память.

— Не знаю, как благодарить вас за все, что вы для меня делаете, — испытывая неловкость, пробормотала Флоренс. — Чем я могу вам за это отплатить?

Не успела Флоренс сообразить, что ее последняя фраза может иметь двойной смысл, как Руперт бросил очередной взгляд, произведший на нее странное впечатление. Только весьма извращенное воображение могло породить с десяток или около того весьма откровенных сцен, промелькнувших перед ее мысленным взором в считанные мгновения. В горле пересохло, сердце бешено забилось.

— Не стоит благодарности. — Он отвел взгляд. — Если вы умеете готовить, этого будет вполне достаточно. Собственная стряпня мне ужасно надоела.

На губах ее появилась кривая усмешка.

— Это еще надо будет проверить. Мое пристрастие к чизбургерам наводит на мысли прямо противоположные.

Флоренс совсем не улыбалось вторгаться подобным образом в его жизнь, однако, как заметил Руперт, альтернативой являлась психиатрическая лечебница. Приняв же его предложение, она будет свободна в своих действиях и постарается кое-что выяснить о своем прошлом, каким бы оно ни было.