– Мне тоже. Я поставлю еду в духовку, если не возражаете, – сказала она нарочито деловым тоном. – Или предпочитаете микроволновку? Боюсь, мне придется заняться салатом, но это не займет много времени.

– Пожалуйста, не беспокойтесь… Уверен, мы сами справимся, – отрывисто бросил Джеймс. Он подошел к духовке и включил ее. – Думаю, лучше воспользоваться этим. Какая нужна температура?

– Средняя. Но не передержите. Вы не дадите мне большую миску?

Джеймс порылся в шкафу, протянул ей миску и остался маячить у нее за спиной, растерянно наблюдая, как Элери режет сыр и помидоры привезенным с собой ножом. Разложив все кругами и окропив оливковым маслом, она щедрой рукой бросила сверху свежие листья базилика.

– Готово, – сказала она, ослепительно улыбнувшись. – Не могли бы вы поставить это в холодильник? Мясо порежьте прямо перед едой. – Она развернула сочный кусок телятины, запеченной с луком и розмарином, и сунула в духовку блюдо с макаронами.

– Элери… – начал Джеймс.

– Прошу вас, – поспешно перебила его она, – позвольте мне уйти как можно скорее. – Она прикусила губу, залившись краской. – Впрочем, сначала вам придется расплатиться.

Джеймс извлек из кармана бумажник и вручил ей значительную сумму, полагавшуюся за этот ужин. Элери взяла деньги и отсчитала сдачу, проделав все это в гнетущем молчании.

– Обычно этим занимается один из наших служащих, – сообщила она, избегая его взгляда, – но он сломал ногу. Хочу предупредить вас на будущее, если у вас вдруг возникнет желание что-нибудь заказать, что вообще-то принято давать Луиджи чаевые.

– Помилосердствуйте, Элери, я думал, что вы съездите меня по уху, если я предложу вам чаевые! – Джеймс иронически улыбнулся. – Знаю, что это прозвучит глупо и совершенно неуместно, но благодарю вас.

– Не за что, – сухо бросила Элери. – Очаровательная кухня, – непринужденно добавила она – и оцепенела, когда дверь внезапно отворилась и вошла высокая, стройная блондинка, одетая в платье, которым Элери восхищалась в иллюстрированном журнале.