Он и сам не мог понять, почему так не хочется выходить из машины. Посидел, залез в бардачок, достал карту, сверился с ней. После недолгого раздумья не стал глушить мотор, вышел из машины, огляделся...

Ночной воздух оказался значительно холоднее, чем он себе представлял. В Майами конец октября узнаешь только по штормам, днем все равно стоит жара. Здесь же в воздухе отчетливо пахло близким снегом. Ти Джей поежился, поднял воротник своей неуместно легкой куртки.

Порыв ветерка принес отвратительный запах падали. Хорошо, что темно. Судя по интенсивности запаха, это «что-то» умерло достаточно давно. Наверное, барсук попал под колеса. Или койот. Или олень.

Под очередным порывом ветра сосны закачались, а потом где-то в их верхушках зародился тоскливый, жутковатый стон. Ти Джей подпрыгнул, услышав его. И немедленно устыдился собственной нервозности. Это просто ветер, а Ти Джей – Ти Джей здоровенный и крепкий мужик, у которого в бардачке есть пистолет... кстати, надо бы его достать.

Вокруг на десятки и сотни миль расстилалась дикая природа, та самая, которую так легко и приятно защищать и беречь, сидя в светлой и теплой квартире посреди большого города, где и ночью светло как днем, где на каждом шагу полиция и где ты как-то и не представляешь, насколько эта самая природа на самом деле дика и... безразлична к тебе.

Он вдруг понял, что обрадовался бы до слез, встретив на этой пустынной дороге указатель с изображением идиота-клоуна Макдоналда. Даже простой заправке обрадовался бы.

Ладно, лирика потом, сейчас дело. Ти Джей открыл капот и произвел с карбюратором некоторые действия, которые уголовное законодательство, касайся оно моторов, квалифицировало бы как насильственные. Мотор недовольно взревел и стал работать несколько... по-другому. Больше и не требуется. Теперь главное – дотянуть до места. Всего несколько миль.