Этот вопрос был формальностью, но входил в обязанности секунданта. Ливермор захихикал.

– Дьявольщина, нет! – крикнул Малдреп. – Начинай скорее!

Лукас глубоко вздохнул, стараясь найти равновесие в этом миге, как научили его Малыш и его проводники-индейцы.

– Один! – начал считать Донован. – Два! Три…

Лукас прислушивался к своим врагам не только ушами, применяя те умения, которые дал ему Малыш. Ноги Малдрепа хрустели по льду, его шага ритмично передавались ему через землю и его собственные ступни.

– Пять. Шесть…

Какого черта? Лукас быстро скосил глаза в сторону. Ливермор осторожно отодвигался от Донована туда, где его хорошо мог видеть Малдреп.

– Семь. Восемь…

Шаги Малдрепа перестали быть ровными. Лед хрустнул в том месте, где стоял Ливермор.

Лукас понял, откуда его будут атаковать, и упал ничком на заиндевевшую траву.

Громыхнул выстрел, заглушивший произнесенный Донованом счет «девять». Выстрел снес бы Лукасу голову, если бы он остался стоять.

Ружейный выстрел эхом разнесся по высокогорной долине. Вопль Ливермора резко оборвался. Секунданты разыграли свою партию: пришло время дуэлянтов.

Лукас вскочил на ноги:

– Малдреп!

Убийца остановился в считанных шагах от кроваво-алых осин и медленно повернулся к Лукасу. Малдреп потерял свое преимущество, состоявшее в умении быстрее извлечь револьвер из кобуры. Теперь все решит меткость.

Лукас поднял «кольт» и прицелился в грудь Малдрепа, повторяя движения своего врага. Время, казалось, остановилось, даже сердце перестало биться, а водопад у него за спиной затаил дыхание. Он увидел облачко дыма, вылетевшее из «кольта» Малдрепа, но оно было далеким и не имело значения.

Лукас медленно выдохнул и произвел выстрел. Пуля противника просвистела мимо его уха.

Малдреп упал лицом вниз и больше не двигался.

Лукас медленно спрятал «кольт» в кобуру и вытащил из внутреннего кармана куртки бархатный мешочек.