Так как Мэг рассказала мне слишком много, ей трудно было остановиться, и, когда мне удавалось ускользнуть от гувернантки, я разыскивала ее.

На самом деле она и не возражала и с удовольствием сплетничала. Я узнала, что ей хотелось бы жить в богатом доме с многочисленной прислугой, как ее сестра в Сомерсете. Там есть дворецкий, домоправительница, помощницы кухарки, горничные, и много других. А еще они держат экипаж, так что есть и конюшни, и чего там только нет. В таком месте много чего случается. А здесь... ну ни то, ни се.

- Интересно, почему ты живешь здесь, Мэг?

- Ну, можно, конечно, прыгнуть из огня да в полымя!

- Выходит, здесь огонь?

- Можете назвать и так!

- Расскажи мне еще о моем отце!

- Я же рассказала вам, разве нет? Только не передавайте вашей матушке, что я вам тут наговорила. Но, думаю, это правильно, что вам надо было узнать... кое-что. Как-нибудь она вам расскажет... со своей стороны, конечно. Но, по-моему, ему приходилось кое с чем мириться, и здесь всегда две стороны вопроса. В нем было много привлекательного. Все слуги его любили. Он всегда был очень мил с ними.

- Кажется, ты на его стороне?

- С этим действительно ничего не поделаешь. Та, другая женщина, и все такое. Думаю, в некотором смысле... ваша матушка по его вине такая какая она есть... а он такой, какой он есть...

Когда я однажды разговаривала с Мэг, в кухню вошла мама. Она была поражена, увидев меня там.

- Мэг, - сказала она, - я хочу обсудить с вами меню на сегодняшний вечер.

Мэг подняла глаза к потолку, а я убежала.

Вчера был филейчик из говядины, так что сегодня полагалась холодная говядина, но матушка всегда приходила на кухню обсудить меню с Мэг. Она с удовольствием бы послала за нею, но послать было некого, кроме Эми, а это значило бы оторвать Эми от ее обязанностей, да к тому же она была медлительной. В Левиндер-Хаусе не было звонков: их установка обошлась бы в немалую сумму. Назначить же определенное время для встречи с Мэг было неудобно, так как Мэг и так весь день проводила на ногах и отказывалась связывать себя определенным временем. Так что моей маме ничего не оставалось, как самой заходить на кухню.