И вот теперь, когда это наконец-то произошло, она вдруг упала в обморок.

Именно об этом была первая мысль Синтии, когда сознание проклюнулось в ней сквозь толщу беспамятства. Она лежала на казенном кожаном диване, около нее, нащупывая пульс на запястье, суетилась Айви. Сквозь шум в ушах пробивались приглушенные голоса.

– Как ты? – озабоченно спросила Айви, едва Синтия открыла глаза.

– Он меня знает, – прошептала Синтия.

– Да-да, не волнуйся.

Кареглазый незнакомец неожиданно вырос из-за плеча Айви.

– Извини, Синтия, – отрывисто сказал он. – Я настолько растерялся, увидев тебя, что не рассчитал свои действия. – Он с трудом сглотнул и добавил: – Как ты, дорогая?

Синтия не ответила. Она с трудом свыкалась с мыслью, что этот человек знает ее, в то время как ей он представлялся совершенным незнакомцем. Странное дело! Ведь доктора предполагали, что шок, подобный этому, сможет вернуть ей память.

Но этого не произошло. Разочарованная, Синтия вновь прикрыла глаза.

– Не надо, Синтия, – умоляюще проговорил мужчина, – не отключайся. Я здесь не для того, чтобы…

Он тронул ее за плечо. Все чувства Синтии словно переплелись в клубок, и она, запаниковав, резко села на диване и скинула с плеча руку мужчины.

– Не прикасайтесь ко мне! – с отвращением выдохнула она. – Я вас не знаю!

Мужчина тихо выругался. Рядом с ним возник озабоченный мистер Тори. Он что-то сказал мужчине, тот ответил ему и, неловко опустившись на стул рядом с диваном, словно как-то сразу обмяк. И только теперь Синтии пришло в голову, что, раз этот мужчина знает ее, он тоже должен был пережить не меньший шок.

– На, попей. – Айви протянула ей стакан с водой. – Ты выглядишь ужасно.

Незнакомец поднял голову и посмотрел прямо в глаза Синтии. Ей на секунду показалось, что она снова тонет в темно-карих омутах. Это было выше ее сил.