Василий никогда не ездил по этой дороге, если и уезжал из города, то не забирался так далеко, почти до границы с другой областью. Оксана, невеста, объяснила, как добраться до места, но, несмотря на это, Василий волновался, не сбился ли он с пути. И только увидев указатель с названием деревни Кедровники, упомянутой девушкой в качестве ориентира, приободрился. Ему оставалось проехать населенный пункт, пересечь длинный мост и свернуть на втором повороте в деревню Глухари, где и проживала тетка.

За окном уже мелькали уныло поблескивающие непромытыми окнами деревянные домики деревеньки, вытянувшейся вдоль трассы, когда Василий увидел голосующую девушку. Что-то в облике незнакомки показалось ему странным, неправильным. Парень затормозил на обочине, перегнулся через пассажирское сиденье и открыл дверь:

– Куда тебе, подруга?

Девушка не ответила, молча подобрала юбки длинного белого платья и, уже заняв место рядом с Василием, неопределенно махнула рукой.

– Прямо? – переспросил парень.

И девушка кивнула.

Только сейчас, разглядев пассажирку, Василий понял, что в ее облике показалось ему необычным: одета она была в свадебное платье, изрядно испачканное и местами разорванное. Подол до черноты вымаран землей, юбка, казавшаяся намокшей (здесь Василий очень удивился, потому что уже несколько дней стояла сухая погода), также до пояса измазана грязью. На лифе кое-где оторвались стеклянные бусины, и ниточки, торчавшие на их месте, потемнели. Свадебная прическа девушки растрепалась: украшенный шпильками со стразами пучок съехал набок, выбившиеся из него волосы повисли неряшливыми сосульками. Личико невесты было миловидным, но его привлекательность портила гротескно размазавшаяся косметика и сильная бледность.

– Э-э… сестра. Кто же тебя так? – только и смог вымолвить потрясенный Василий, нажимая на педаль газа. Незнакомка не ответила, лишь зябко поежилась и потерла ладонями оголенные плечи. Похоже, ее знобило, несмотря на июльскую жару, почти не спавшую к вечеру.