Она приезжала к ней каждую пятницу последние четыре месяца. Кейт к этому привыкла; вопросы Фелиции и ответы Кейт были пустой формальностью.

– Что тебе привезти?

– Ничего, Фелиция Норман, если ты привезешь мне еще хоть одну вещь для беременных, я просто закричу! Куда мне все это носить? В супермаркет? Леди, я живу среди коров. Вообрази, мужчины здесь ходят в исподнем, а женщины в халатах. Вот так. – Кейт все это развлекало. Фелицию нет.

– Сама виновата, черт побери. Я тебе говорила...

– Заткнись. Я здесь счастлива. – Кейт улыбалась про себя.

– Вот упрямица. Беременность пробудила в тебе инстинкт наседки. Подождем, пока родится ребенок. Ты придешь в себя. – Фелиция очень на это рассчитывала. Она уже исподволь присматривала подходящую квартиру. Кейт поступает неразумно, продолжая жить в этой глуши. Но она ее вытащит оттуда. Шумиха уже начала стихать. Еще пара месяцев – и ей можно будет преспокойно возвращаться.

– Эй, Лиция, – Кейт посмотрела на будильник, – пора двигать. Мне предстоит трехчасовая дорога за рулем. – Она осторожно растянулась на кровати, чтобы снять судорогу в ногах, и спрыгнула на пол – если, конечно, это можно было назвать прыжком.

– Кстати. Хватит тебе туда ездить; по крайней мере, пока не родится ребенок. Какой смысл...

– Лиция, я люблю тебя. Пока. – Кейт осторожно положила трубку. Она уже не раз слышала подобные речи. Но ей лучше знать, что следует делать. Что хочет, то и делает. Да и какой у нее выбор? Как она может это сейчас прекратить?

Она присела на край кровати и глубоко вздохнула, глядя на горы за окном. Ее мысли витали далеко отсюда. Прошла целая вечность.

– Том, – произнесла она нежно. Только одно слово. Она даже не была уверена, что сказала это вслух. Том...

Как же так, что он не с ней? Почему не слышно, как он плещется в ванне, или поет под душем, или подшучивает над ней из кухни... Неужели его в самом деле нет? Еще совсем недавно она могла позвать его по имени и услышать в ответ веселый голос.