Кевин едва успел разуться, как зазвонил сотовый.

— Да?

— Где ты шляешься?! — набросился на него Джек Арбетнот. — Я звоню тебе с шести. Дома только автоответчик, сотовый выключен. В чем дело, приятель?

— В чем дело? А что, так уж трудно догадаться? В отличие от тебя, мне приходится в поте лица зарабатывать на хлеб с маслом. Вот и верчусь как белка в колесе.

— Новое дельце?

— Да, свалилось кое-что. Альковные тайны.

— Не завидую. Впрочем, если цыпочка ничего, вроде той, что была у тебя в прошлом году, то за такой и понаблюдать одно удовольствие.

Кевин усмехнулся и, зажав сотовый между плечом и ухом, направился в кухню — после ланча в животе у него побывала лишь пара хот-догов.

— Никаких цыпочек. Объект — муж. Парень около пятидесяти, но шустрый. Представляешь, его пассии лет восемнадцать. Так вот, она не отпускала беднягу два с половиной часа.

— Может, они смотрели бейсбол по телевизору, — хмыкнул Арбетнот. — Или играли в «Монополию».

— Ты застрял в двадцатом веке, Джек. В «Монополию» уже давно никто не играет.

— Да уж, нам, служителям закона, не до игр. — Арбетнот картинно вздохнул. — Ну да ладно, у меня новость.

— Ладно хоть только одна. — Кевин достал из холодильника замороженный бифштекс, банку горошка и пакет сока. — Надеюсь, хорошая. Ты ведь не стал бы портить мне вечер плохой, верно, Джек?

— Не беспокойся, новость просто отличная. Рыбка клюнула.

4

План родился в голове Джека Арбетнота. Вообще в голове Джека постоянно рождались планы. Причем не какие-то заумные прожекты вроде осушения болот Флориды или колонизации Марса, а вполне реальные, практически осуществимые и сулящие прибыль. Единственным их недостатком было то, что они неизбежно вели к нарушению если не юридических, то моральных норм. Нет, Джек не предлагал ограбить банк, похитить с целью выкупа дочь губернатора или развести на балконе марихуану, но…