И как думаете, что произошло? Дагда проснулся, крякнул, поднял свое громадное тело и нетвердой походкой пошел прочь, волоча за собой палицу, которая оставляла борозду шириной с межевую канаву. И даже после этого не выбился из сил, потому что в тот же день возлег с Морриган, богиней войны и разрушения. Но это уже другая история.
Знаете, я был тогда там. Да, был. Кто может сказать, что нет?
Глава первая
Я — морская зыбь
Я поняла, что одна из очень немногих выгод быть мертвым — возможность говорить, что захочешь. Избавленный от бремени утонченной вежливости, ты можешь позволить себе какие угодно неприятные истины, жестокие насмешки, душераздирающие признания и прощальные выпады, при этом тебе не нужно терпеть бесконечные возражения, неловкие оправдания или угрозы возмездия, которые неизбежно вызывает подобная откровенность.
Эмин Бирн, видимо, так и думал, однако при этом дал волю такой ярости и злобе, что, пожалуй, даже сам не мог представить их последствий. Разумеется, слушая, как он говорит с того света, я сочла его просто грубым, бесчувственным. Но тогда я была лишь шапочно знакома с теми, к кому он обращался.
— Надо полагать, вы недоумеваете, зачем я собрал всех вас, — начал Бирн с ухмылкой на лице, которая сменилась гримасой, затем приступом удушья.
— Эмин всегда любил находиться в центре внимания, — прошептал Алекс Стюарт мне на ухо, чтобы не слышали остальные.
— Кроме того, видимо, имел пристрастие к банальным сценам, — прошептала я в ответ.
— Тем более, — продолжал Бирн после нескольких секунд одышки, — тем более, — повторил он, — когда вы знаете, что я мертв.
— И быть немного шутом, — добавил Алекс со вздохом.
Лицо на видеозаписи подалось к камере, стало неясным, потом вновь обрело четкость: чья-то невидимая рука настроила камеру. На него было тяжело смотреть: ввалившиеся глаза и щеки, в одной ноздре кислородная трубочка, однако я видела тень гордого и некогда красивого мужчины.