Дама отошла от массивного письменного стола и показала рукой на софу.

— Присядем здесь? Устраивайтесь и слушайте меня внимательно. Леди Марч, мы обе занятые женщины, и я не собираюсь отрывать у вас и у себя много времени. Поэтому скажу коротко: мне очень понравилось то, что вы нам прислали. От некоторых отрывков из вашего дневника я просто в восторге. И рисунки отличные.

— Правда? — У Элли чуть не выпрыгнуло сердце от радости. Ее хвалит редактор такого журнала. Вот это да! Девушка прикрыла рот рукой, чтобы спрятать расползающуюся по лицу улыбку. Не стоит сразу показывать свои эмоции. Нужно быть сдержанней. — Спасибо за добрые слова. — Она потупила взор.

— Да, кстати, — продолжила Кочрейн, — в ваших рисунках наблюдается некая восхитительная спонтанность. Вы, очевидно, по-настоящему творческая личность. Вроде бы на картинках нет ничего особенного, но они сделаны с такой любовью… Признайтесь, ведь вы вложили в эти работы всю душу?

— Вы угадали, я очень старалась! — воскликнула Элли. — Знаете, ведь когда-то я даже собиралась поступать в высшую школу рисования…

Это было правдой. Но из данной затеи у девушки ничего не вышло. Элли получила диплом учителя начальных классов. Впрочем, тоже неплохо. Для семейной жизни профессия очень подходящая. Когда в доме педагог, собственным детям легче осваивать школьную программу.

— Когда я была учительницей…

Кочрейн не дала развить Габриэлле эту тему.

— Сейчас, наверное, вы на службу не ходите. Понимаю, понимаю. — Она многозначительно взглянула на Элли. — Вас всем обеспечивает богатый муж…

Габриэлла слегка смутилась и пожала плечами. Вероятно, «Леди», да еще и с прописной буквы, произвело на редакторшу неизгладимое впечатление. Ну что ж, пусть миссис Кочрейн делает свои выводы.

— Итак, вы, дорогая, выбрали брак и постоянную заботу о детях, — Дженнифер одобрительно улыбнулась. — Да, в наши дни, к сожалению, многие женщины забывают о своих семьях…