Следующая порция плавучего человеческого мусора ударила Линдсей в спину. Она покачнулась, но устояла. Линдсей приехала сюда с большим опозданием: к тому времени большая часть гостей уже успела поднабраться. Линдсей беспомощно оглядывалась по сторонам. Больше всего это помещение было похоже на палубу авианосца, здесь действительно свободно разместилось бы несколько самолетов, причем авианосец, по-видимому, шел ко дну – палубу уже заливало. До ушей Линдсей долетали брызги несвязных разговоров, то справа, то слева вздымалась очередная людская волна, она не могла даже толком разглядеть, что творится вокруг, поскольку Лулу Сабатьер распорядилась выключить свет. Все это огромное пространство с обескураживающим переплетением железных лестниц, какими-то выступами, верхними галереями, арочными проемами, которые могли вести куда угодно или не вести никуда, было освещено только свечами. В центре палубы стоял огромный диван алого цвета, к которому пытались пробиться все гости, как будто это была спасательная шлюпка. А под своими ногами Линдсей ощущала дрожь и какую-то таинственную энергию, будто там внизу, в чреве гигантского судна, с ревом вращались турбины. Энергия этой гигантской машины почему-то оказывала стимулирующий эффект, Линдсей чувствовала, что эта энергия влечет ее через тьму и дым к какой-то важной, хотя и неведомой цели. Она чувствовала, что скоро обязательно достигнет берега.

А сейчас она напряженно всматривалась в маячившее перед ней худое лицо Дракулы. Ее собеседник только что чудом уклонился от бокала с коктейлем, которым размахивал его сосед-коротышка, и смотрел на Линдсей с выражением полного отчаяния.

– Не слышу! – орал он. – В этом проклятом месте ничего не слышно.

– Темза, – кричала Линдсей с не меньшим отчаянием. – Я говорила, что этот дом очень трудно найти, правда? Я два раза чуть не въехала в Темзу, пока нашла этот дом.

Она чувствовала, что бледнолицему Дракуле это неинтересно. По-видимому, сама Линдсей тоже его не интересовала, но он пока не позволял себе проявлять это слишком уж откровенно.