– Но она была здесь и разговаривала с тобой неделю назад.

– Она пришла в бар, когда я был там. Мы просто поговорили – и все. А когда я спросил ее, не хочет ли она повидаться с детьми, она ответила, что, может быть, на другой день.

Раздался какой-то стук, и Эмили вопросительно посмотрела на него.

– Должно быть, это дочь или сын.

– Мои племянница или племянник?

– Ошибаешься! Они не твои! Ты никогда не видела их и не говорила с ними, не писала им.

– Я писала, когда они родились, но Амбер никогда не отвечала. Вы развелись, когда они были младенцами. Амбер никогда не приглашала меня навестить их, и ты тоже. Она позвонила мне неделю назад и сказала, что боится кого-то.

– И ты решила, что она боится меня? – Он вопросительно поднял бровь.

– Она была в этих местах. Что еще ей здесь делать?

– Твоя сестра совершенно непредсказуема. Я видел ее мельком, и она не говорила мне о своих планах. Она» не выглядела испуганной – Ничуть не бывало. Она флиртовала и, как обычно, мило проводила время.

Его слова звучали горько. Амбер была высокой, умопомрачительной, пышной блондинкой. Он влюбился в нее и женился через месяц после встречи. Их свадьба состоялась в Лас-Вегасе, где они провели две ночи, затем улетели в Нью-Йорк и провели там неделю. На обратном пути они остановились в Чикаго, где встретились с ее сестрой. Он едва вспомнил Эмили, потому что в то время он видел только Амбер. Медовый месяц длился, пока Амбер не обнаружила, что беременна. Она хотела сделать аборт, но Зак отговорил ее. Он тяжело вздохнул. Его задевала любая мысль о бывшей жене. Его душила ярость при мысли, как она относится к детям.

Когда Амбер вошла в бар на прошлой неделе, она не выглядела испуганной. Он помнит, как она сидела рядом с ним, флиртовала и похлопывала его по бедру. Хотя у нее на руке было обручальное кольцо, Зак знал, что может привести ее к себе домой и уложить в постель. Она может немного побыть с ним и опять уйти своей дорогой. Он не мог позволить опять одурачить себя или дать детям несбыточные надежды.