Она осторожно поднималась по лестнице, гнилые доски скрипели и стонали, а она еще сильнее прижимала сумку к груди, не желая дотрагиваться до грязных перил. Чем выше они поднимались, тем более спертым становился воздух, а букет запахов – просто невообразимым. Людей на этажах почти не было, но стены испещрены надписями на самых различных языках. Попадались неприличные надписи: одни относились к конкретным людям, другие – ко всему человечеству. Имена возлюбленных с сердечками и стрелами Амура встречались на каждом шагу, так же как и названия местных уличных банд (по крайней мере, так определила Линдси). Кричал младенец, на него орал мужчина, требуя, чтобы он замолчал, пронзительно визжала женщина. Это было ужасно, как в кошмарном сне, и Линдси приходилось бороться, чтобы удержать себя от желания стремглав побежать вниз по ступенькам, на улицу. Год путешествия не подготовил ее к возможности столкновения с таким ужасом. Люди действительно жили здесь, день за днем, год за годом, занимались любовью, спали, просыпались, встречали новый день, и все начиналось снова. И то, что Дэн О'Брайен – часть этого сумасшествия, было выше ее понимания.

Не полагается Дэну жить здесь, думала она, тащась за ним. Красивому, чувствительному, счастливому, полному жизни Дэну О'Брайену. Этот мир способен разрушить человеческую душу, загасить сияние духа, уничтожить в зародыше всякую надежду, мечту, желание жить. В ком угодно. Но не в Дэне, подумала она, поглядев вверх на его широкую спину.

Он каждую секунду мог взорваться от избытка веселой жизненной силы. Он никогда не отказывался от своей мечты. И даже этот сырой и вонючий мусорный ящик – его жилье, был доказательством целеустремленности в достижении поставленной цели.

Линдси осторожно переставляла ноги и шла дальше, стараясь не обращать внимания на легкие приступы тошноты.

– Еще один пролет, – сообщил Дэн. – Зато поневоле приходится держать форму.

Кажется, я начинаю понимать, подумала Линдси. Удивляться, что Дэн может жить здесь, а тем паче – задевать его гордость, давая понять, что ей не нравится место, где он спит и ест, было бы ошибкой. Она просто не имеет права на это. Его жажда успеха и стремление к цели слишком сильны, чтобы обращать внимание на бытовые мелочи.