Улыбка у Люка вышла мрачноватой.

- Даете мне возможность исправиться.

- Отлично. И хотя вы не питаете никаких теплых чувств к Джастине, Кейти попыталась зайти с другой стороны, - вы должны чувствовать ответственность за ваших родственников, несмотря на проблемы, существовавшие между вашей бабушкой и вашим отцом.

- Я ничего подобного не испытываю. - Черные брови Люка чуть поднялись. - Чувствовать ответственность, надо же!

- Господи, как вы можете так относиться к тому, что случилось еще до вашего рождения? Ссора произошла между Джастиной и вашим отцом, а не между вами и ею.

- Немножко больше, чем ссора, - сухо поправил ее Люк. - Моя бабушка вычеркнула отца из завещания и прямо оскорбила мою мать. Джастина объявила меня ублюдком еще до рождения и ясно дала понять, что не считает меня ни наследником, ни истинным членом семьи. Кстати, я-то этому только рад. Мне не нужны ни ее деньги, ни ее едва барахтающийся ресторанный бизнес.

- Это очевидно, - ответила Кейти, стараясь сохранить спокойный тон. Но дело в другом.

- Мой отец тоже не нуждался в деньгах своей матери, - продолжал Люк, словно не слыша ее слов. - Он начал с нуля, после того как Джастина лишила его наследства. Стал управляющим маленького ресторанчика в Калифорнии, где дела шли совсем не блестяще. Отец выправил положение и выкупил ресторан у владельца. И после этого уже ничто не могло остановить его. К моменту его гибели мы с ним владели семью лучшими ресторанами в Калифорнии.

- Люк, ваша бабушка уважает достижения вашего отца. Она также признает все сделанное вами. Но теперь Джастина и остальные члены семьи нуждаются в вас. Я уверена, что у вас хватит доброты, чтобы помочь им. В этом замешано слишком много невинных людей. Как вы можете отвернуться от них?

- Точно так же, как бабушка отвернулась от моих родителей тридцать семь лет назад.

Кейти на мгновение закрыла глаза, а потом снова взглянула на Люка в упор.