— Ты меня напугала! — сказала она девочке. Та, не спуская с нее глаз, спросила:

— Тебя как зовут?

— Коппер.

Девочка недоверчиво прищурилась.

— Таких имен не бывает!

— Не бывает, — согласилась Коппер, — потому что это прозвище. Так меня называют мои друзья. А тебя как зовут? — поспешно спросила она, видя, что ее объяснения девочку не устроили.

— Меган. Мне четыре с половиной года.

— А мне двадцать семь лет и девять месяцев, — сообщила Коппер.

Меган постояла, подумала, потом решительно подошла ближе и села на ступеньку ниже Коппер, предоставив той возможность разглядывать ее лохматую головку. Отец ничего не говорил ей о ребенке. Видно, его так воодушевила дикая красота здешних мест, что он просто не обратил внимания на живущих тут людей. Про Бирраминду лично ей ничего не известно, кроме того, что хозяин — выдающаяся личность. Тогда, быть может, проще начать с хозяйки?

— А твоя мама дома? — спросила она у девочки, в надежде познакомиться хоть с кем-то из взрослых, пока Мэтью Стэндиша нет.

Меган посмотрела на нее как на дурочку.

— Она умерла.

— О, Боже, — невольно прошептала Коппер, потрясенная словами ребенка и еще больше — детским голоском, говорившим о смерти как о чем-то обыденном. Да и что скажешь девочке, так рано потерявшей мать? — Это очень печально. Прости меня, Меган. А кто же присматривает за тобой?

— Ким.

Может, это и есть экономка?

— А где сейчас Ким?

— Уехала.