Тонкие лиловатые губы Шефа растянулись в улыбке:

— Сол, ведь ты снимал эту крошку в «Береге мечты». Теперь это чуть ли не классика. Последний шедевр Старика! Ты был на высоте, парень! — Он с энтузиазмом пожал руку оператора.

— Но ведь после фильма, прославившего намеченный вами «объект», прошло шестнадцать лет. Многовато для короткой зрительской памяти, — не сдавался Квентин.

— Ну так раскрутите ее, черт побери! — взвился Тино. — Устройте ретроспективный показ фильмов в своих кинотеатрах, а вы Руффо, помяните Д.Д. в проблемной статейке «Смерть таланта или воскрешение плоти?» Развезите с пафосом, как вы это умеете, всю историю ее ухода в порнуху. Весьма пикантный эпизод на мой взгляд! Конечно, не для некролога. — Метнул он молнию в сторону Квентина.

— Сцена в борделе, которую мы сейчас видели — не повод поливать актрису грязью. Не те времена. Да и снимавший фильм режиссер — малый не без таланта. — Заметил, посасывая леденец Руффо Хоган. — Нынче подобные приемы входят в арсенал «большого кино». Возьмем к примеру Тарантино или испанцев… Увы, последние ленты «объекта» нельзя назвать «жестким порно».

— Это вы не можете назвать, Руффо, потому что умеете смаковать всякие тонкости. Обычный же зритель видит то, что ему показывают. А показывают ему голую бабу, которую остервенело трахает извращенец. Простого зрителя не волнует, что извращенец — фашист, его партнерша — представительница низшей расы неарийского происхождения, а заливающая ее лицо клейкая жидкость вовсе не сперма, а крахмал. Зрителю, в конце концов, лишь досадно, что оператор-кретин, не снял все как следует, крупным планом.

Молодые мужчины, представлявшие технический состав «группы слежения» одобрительно зашумели. Квентин молчал и Заза понял, что близок к победе — продюсер почти на лопатках.