— Хорошей сделкой? Сайлас, ты ведь говоришь о свадьбе, а не о деловых переговорах!

— Нет, мама, нужно быть практичнее. В конце концов, я стою во главе нашей компании и несу ответственность за ее процветание. Мне не нужна жена, которой придется подстраиваться под нас и наше общество. Джулия же рождена в этой среде. Она прекрасно знает, что такое браки по расчету, и, думаю, не откажется.

— Ты уверен? Ставлю все свои деньги, что она откажет тебе. Джулия молодая и своенравная девушка. Она ни за что не согласится на брак по расчету.

— Но почему? Эти браки заключаются столетиями. Только благодаря им многие семьи сохранили свое имя и честь.

— Иногда ты пугаешь меня, — с грустью произнесла мать. — Ты говоришь так, как будто тебе не двадцать лет, а все восемьдесят. Неужели не боишься, что, женившись на Джулии, не только ее лишишь счастья быть любимой, но и себя?

— Мама, никакой любви не существует. Это иллюзия! Отношения должны строиться на понимании и взаимной выгоде, только тогда они будут крепкими.

— Сомневаюсь, что Джулия думает так же, как и ты. Только взгляни на нее! — мать указала в сторону танцующей девушки в розовом платье. — Елена рассказала мне, что когда Джулия закончила школу, то в тот же день решила сделать себе на руке татуировку — в виде нашего семейного герба.

Сайлас помнил, что в то время Джулия была по уши влюблена в лидера местной молодежной группы, выступавшей за права животных. Ее влюбленность длилась недолго, однако последствия были серьезные. Группа, по предложению Джулии, напала на дедушкиного лесника и «спасла» молодых фазанов, которых он выращивал. После этой спасательной акции никто не мог гулять вблизи поместья, не рискуя получить шок от внезапно налетевшего фазана.

Но теперь Джулии уже не восемнадцать лет, и Сайлас решил, что пришло время претворить его план в жизнь. Дедушка совсем ослаб, нужно торопиться. Сайлас, как и Джулия, обожал графа и мечтал о том, чтобы напоследок сделать его счастливым. Для дедушки свадьба внучки с его наследником — как раз то, что нужно. Своей практичностью Сайлас был обязан как раз графу Амберлею, поэтому был уверен, что тот с радостью даст согласие на этот брак.