Дома она первым делом отправила электронное письмо Джине и Тому, после чего отправилась гулять с Брутусом. Вернувшись, она включила спокойную музыку и, налив себе бокал вина, потягивала его, пока готовила тесто и начинку для пиццы.

Она собиралась ставить пиццу в духовку, как вдруг послышался скрежет ключа в дверном замке. Ее бросило в жар, и причиной этому была вовсе не духовка, которую она настраивала на необходимую температуру.

— Как дела? — небрежно спросил Джейк, войдя в кухню.

— Отлично, — ответила она.

— Вижу, вы зря времени не теряли.

— Да вот решила пиццу приготовить.

Он подошел ближе, чтобы взглянуть на пиццу. Сегодня его рубашка была застегнута, но Мэтти все равно почувствовала дрожь в коленях. Она сделала глубокий вдох, но это ей не помогло.

— Выглядит аппетитно, — искренне произнес он. — Я никогда не видел, чтобы в пиццу клали картофель.

— Вам непременно следует ее попробовать. Она очень вкусная.

— Нисколько в этом не сомневаюсь. — Он улыбнулся. Его улыбка оказалась даже опаснее его обнаженной груди.

Тогда Мэтти отошла в сторону и принялась наводить порядок на кухне. Ее движения были резкими и неловкими.

— Пицца будет готова через двадцать минут, — сказала она, не глядя на него.

— Боюсь, что не могу так долго ждать. У меня другие планы. — Он посмотрел на часы. — Мне скоро выходить, но, думаю, я успею принять душ.

Мэтти постаралась скрыть свое разочарование за широкой улыбкой. Наверное, у Джейка было свидание с Энжи.

— Желаю получить удовольствие от ужина, — бросил он через плечо, покидая кухню.

— Спасибо.

Вечер был теплым, поэтому Мэтти ела пиццу и пила вино на балконе. Брутус лежал у ее ног. Балкон выходил на восток, но с него были видны розовые отблески заката. В приглушенном свете вода бухты приобрела жемчужно-серый оттенок. Она получала удовольствие от еды, но испытывала некоторое разочарование и напряжение.