
Потерявший равновесие Сухостоев, нелепо взмахнув руками, повалился на колени и откинулся на бок. Со звяком вывалился из кармана пистолет, который Сушеный сжимал в кармане. Александр ногой ловко отбросил «пушку» в сторону и профессионально выкрутил запястье упавшего, прижимая мужчину к асфальту коленом. В следующее мгновение подоспевшие ребята из «двойки» уже выворачивали Сушеному руки. Громко щелкнули браслеты наручников…
— Вот и все, Алексей Дмитриевич, погулял, хватит, — глядя на возню, проговорил Максимчук.
Всегда после задержания он чувствовал, как гулко колотится о грудную клетку сердце.
Сушеный не сопротивлялся. Понимал, что теперь это бесполезно.
— Только руки крутить не надо, — сквозь зубы процедил он. — Ваша взяла, не хрен силу показывать…
Рядом лихо притормозила черная «Волга». Из нее, как всегда, неторопливо и обстоятельно шагнул на тротуар начальник отдела Управления полковник милиции Владимир Павлович Струшников.
— Саня, Саня, — укоризненно взглянул он на Максимчука. — Ну никак не можешь ты без этих своих штучек… А если б осечка случилась?
Александр самодовольно улыбался:
— Так ведь все в порядке, Палыч. У меня осечек не бывает… Не могли же мы вместе с Олегом ему навстречу двинуться — он сразу прикинул бы и просек, что его в «клещи» берут… А так даже не пикнул, голубчик. Как говорится, получите и распишитесь. Победителям, как известно, даже в милиции выговоров не объявляют.
