— Снимите куртку, — предложил он интимно. — Вам жарко.

Не отвечая, она взяла щетку и стала счищать грязь, налипшую на круп лошади.

— К чему такие сложности, Сара? Голос его оставался совершенно спокойным, но ей послышалась в его тоне угроза.

— В чем дело, мистер Грант?

Сара подняла ногу Бантера, проверяя, нет ли колючек или царапин.

— Стоять, — сказала она тихо и кинула далеко не любезный взгляд в сторону Гранта. — Вчера я беседовала с вашим верным псом. Польщена, что теперь вы лично решили поговорить со мной. — Она не скрывала сарказма. — Но все это меня не интересует.

— Давайте это обсудим.

Он возмутительно настойчив. Он явно над ней издевается.

— Нет, — резко ответила Сара.

— Можно, конечно, и завтра, — протянул он, — но тогда ваш отец узнает, что его маленькой девочке пришлось продать свою свободу, чтобы сохранить для него крышу над головой.

Выпрямившись, уперев руки в бока, она смотрела на него с отвращением.

— О чем вы говорите?

— О картах, — его темные глаза оценивающе пробежали по ее фигуре, — и о том, что в другой раз ему может не повезти.

Она подвергла его столь же откровенному осмотру. Длинные ноги, облаченные в черные брюки, крупной вязки свитер и кожаная куртка — модель мужественности. Каким желанно цивилизованным, хотя, может быть, и слишком ручным, показался ей привычный твид — охотничья униформа ее друзей-мужчин.

— Я всегда получаю то, что мне нужно, — сказал Грант.

— Значит ли это, что я вхожу в разряд предметов, которые вам нужны. — Голос ее дрогнул.

Напряжение, достигшее предела, было снято появлением белобрысого юнца. Это был парень из соседней деревни, помешанный на лошадях, но слишком бедный, чтобы иметь свою — Позаботься, чтобы Бантеру дали отрубей, — сказала Сара. — Можешь прогулять его завтра. Но не более получаса, договорились?